Требования, предъявляемые к образцам почерка (подписи)

Конечно, Дуглас Брустер — не первый ученый, обратившийся к изучению особенностей почерка Шекспира. И тем не менее, шекспировская текстология продолжает оставаться проблемой, и даже если бы мы знали почерк Шекспира как свой собственный, это не помогло бы нам ответить на все вопросы.

Брустер утверждает, что разгадал тайну почерка Шекспира. Однако по целому ряду причин в этом приходилось сомневаться, причем один из доводов звучал так: «Дополнения» по своему стилю решительно не похожи ни на что из написанного Джонсоном. Первым о том, что «Дополнения» мог сочинить Шекспир, в 1833 году заявил английский поэт-романтик и большой популяризатор творчества великого драматурга Сэмюэл Тейлор Колридж.

Требования, предъявляемые к образцам почерка (подписи)

Много позже, уже во второй половине ХХ века, литературоведы вернулись к этой гипотезе. Не следует думать, однако, что после этого вопрос был снят раз и навсегда. Именно этой проблемой и занялся Дуглас Брустер — по его собственному признанию, после знакомства с работой Викерса.

Чтобы проверить эту гипотезу, Брустер решил сопоставить печатный текст «Дополнений» с единственной сохранившейся рукописью, которая, возможно, была написана рукой Шекспира. Пьеса записана как минимум пятью разными почерками; тот, что обозначен литерой D, как считается, принадлежал Шекспиру. Наконец, сама история появления вставки, записанной почерком D, весьма характерна.

Но мало того, в пьесе была еще и сцена, изображающая народный бунт, — тема заведомо крамольная. Пьеса, впрочем, даже после переделки все равно не пошла. Зато она сохранилась до наших дней и позволила ученым утверждать, что теперь они — с большой долей вероятности — знакомы с почерком Шекспира.

Но он, пожалуй, стал первым, кто задался целью проделать эту работу систематически, то есть составить своего рода «алфавит» и «словарь» предполагаемых рукописей английского драматурга.

Разобраться в этой путанице четыреста лет спустя, чтобы реконструировать «подлинного» Шекспира, неимоверно трудно, да пожалуй, и невозможно. Пусть даже вопрос о почерке и вызовет недоумение у тех, кто считает, что вместо Шекспира все его сочинения написал кто-то другой, а то и целая группа «других».

Достаточное количество образцов означает такой их объем, который обеспечил бы возможность полного и всестороннего сопоставления всех признаков, содержащихся в исследуемом тексте (подписи). И ещё — образцы букв, которые при печатании на бумаге приходилось врисовывать от руки. В бумажном виде это опубликовано вот тут: Альтернативные миры знания / Под ред. В. Н. Поруса и Е. Л. Чертковой.

Почерк — один из языков тела, формируемых культурой. Из сказанного видно, что возможны два направления культурологического осмысления почерка: история, во-первых, почерковых стилей, во-вторых — индивидуальных почерков. В пределе, почерк позволяет наблюдать осуществление тенденций культуры на психофизическом субстрате. С другой, в тесной связи с этим — как история развития, освоения и утраты степеней графической свободы.

Извините за неровный почерк

Добавление в канон пусть даже не целого текста, а хотя бы фрагмента равнозначно в шекспироведении едва ли не открытию нового закона в физике. Англичане того времени, подобно всем европейцам эпохи Средневековья, знали толк в оружии и схватках, понимали в поединках и ранениях, любили зрелища пыток, казни и смерти.

Поэтому сама возможность того, что Шекспир через несколько лет после смерти Кида мог приложить руку к его лучшей пьесе, чрезвычайно увлекательна для специалистов.

Неизбежна при этом и затрудненность — в ряде случаев и вообще невозможность — однозначной проверки таких интерпретаций и жёсткого закрепления за признаками почерка тех или иных значений.

Еще про iPhone: